Исповедь еретика от медицины роберт с мендельсон

Содержание

• 0.1 Как же быть, если веры в современную медицину нет, а болезнь есть и лечение необходимо?
• 1 О книге "Исповедь еретика от медицины"
• 2 Мнение читателей

Лечит болезни врач, но излечивает природа.

Ч то такое лечение? Согласно Большой Медицинской Энциклопедии, «лечение – это совокупность мероприятий, имеющих целью устранение патологических процессов, развивающихся в больном организме, а также устранение или облегчение страданий и жалоб больного человека». И арсенал таких «мероприятий» у современной медицины впечатляюще широк. Методы лечебного воздействия сегодня позволяют менять суставы, целые органы, части сосудов, вживлять в организм искусственные ткани и механизмы… Но стало ли человечество более здоровым от этого?

Беда современной медицины в том, что в постоянной гонке «вооружения» новыми техническими и технологическими средствами в борьбе со страданиями в центр внимания ставится болезнь, а не здоровье. Забыт сам смысл всех лечебных процедур — излечение.

Как лечит современная медицина? Она выписывает заболевшим лекарства, наблюдает больных в стационарах и активно использует хирургическое вмешательство. Что значит для пациента такой подход? Продолжая исследовать труд доктора медицинских наук Роберта С. Мендельсона «Исповедь еретика от медицины», попробуем ответить на этот вопрос с позиции автора.

Наверное, ни одно лечение не обходится без лекарств. Каждый год изобретаются всё более действенные и сильные препараты. Антибиотики стали настолько популярными в амбулаторном лечении, что их выписывают против самых различных заболеваний. При этом совершенно не придаётся значение тому, что часто гораздо больший вред возможен от побочных действий лекарства, чем от заболевания, в связи с которым оно назначено.

Мендельсон говорит в своей книге: «Ещё одна опасность злоупотребления антибиотиками, даже более серьёзная, чем побочные эффекты, — это суперинфекция. Пока антибиотик борется с одной инфекцией, ещё один штамм этой бактерии, устойчивый к действию антибиотика, может вызвать другую, куда более тяжёлую инфекцию. Бактерии чрезвычайно легко адаптируются к новым условиям. Последующие поколения бактерий могут вырабатывать устойчивость к антибиотикам, действию которых всё больше и больше подвергались их предки.

…К сожалению, врачи засеяли этими сильнодействующими лекарствами всю страну. От восьми до десяти миллионов американцев ежегодно обращаются к врачам по поводу простуды. Девяносто пять процентов из них выходят из кабинета врача с рецептом в руках. Половина из этих рецептов – на антибиотики. Этих людей не просто одурачивают, вынуждая их платить за то, что не поможет им при простуде, но и подвергают опасностям побочных эффектов и риску заражения более тяжёлыми инфекциями».

Врачи активно предлагают женщинам гормональные препараты, объясняя, что эти контрацептивы безопаснее, чем беременность. Но такой аргумент противоречит и науке, и логике. Прежде всего, побочные действия гормональных контрацептивов только начинают выявляться и не могут быть оценены в полной мере. Но уже сегодня выявлено, что если в организм поступает какой-либо синтетический гормон, то вся система сбивается. Все тонкие взаимодействия между железами и системами органов нарушаются. Нарушается работа нервной системы; искажаются механизмы сна и бодрствования; появляется раздражительность, депрессии, головные боли, бессонница, сосудистые осложнения, вплоть до инсульта; возможны нарушения зрения, отёк глаз, разрушение иммунной системы; перестают нормально работать яичники; исчезает нормальный менструальный цикл. Как можно утверждать, что вероятность таких изменений в организме женщины менее опасна для её здоровья, чем обусловленная природой беременность?

Гормональные препараты — эстрогены, принимают также и женщины во время менопаузы. Эти препараты оказались тесно связаны с причинами возникновения болезней желчного пузыря и рака матки. А назначают их даже в косметических целях и при деминерализации костей. Физкультура и специальная диета тоже могут предотвратить деминерализацию, и это не вызывает рак.

Врачи часто не желают тратить сил и времени, чтобы разобраться в истинных причинах заболеваний, рассмотреть образ жизни и питания пациента. Им проще, быстрее и экономически выгоднее выписать чудодейственное лекарство, которое приведёт человека к другим, возможно, более сложным заболеваниям, от которых также будут выписаны ещё более действенные и мощные препараты, чем работать над оздоровлением организма пациента естественными путями, «прописывая» заболевшему человеку принципы жизни, которые приведут его к естественному здоровью…

Следующий метод лечения — госпитализация

Мендельсон утверждает: «…больница — это Храм Судьбы Современной Медицины, а значит — одно из самых опасных мест на земле». Если ваше состояние не требует экстренной помощи, лучше избегать этого места изо всех сил.

Само здание больницы несёт в себе опасность для любого попавшего туда человека. «В больнице есть микробы, которых вы не встретите больше нигде в городе не только потому, что больницы такие грязные, но и из-за помешательства Современной Медицины на ритуальном очищении.

Больницы очень далеки от того стандарта чистоты, которому они должны соответствовать. Штат хозяйственных работников, как правило, недоукомплектован. В любой профессии перегруженные работой люди всегда будут стараться делать только ту её часть, которая на виду, да и то не особенно прилежно. Таким образом, если вы хорошо присмотритесь, то наверняка найдёте пыль в углах и в других местах, которые не сразу бросаются в глаза. Больничная грязь и пыль – не та, что везде.

Пищевые отходы животного и растительного происхождения, мусор и хлам, биологические отходы из диагностического, лечебного, хирургического отделений, удалённые ткани из операционных и морга, слюна, плаценты, органы, ампутированные конечности, подопытные животные, использованные пелёнки и прокладки, обрывки перевязочного материала, бинты, катетеры, мыло, секреторные выделения, банки, маски, тампоны, гигиенические салфетки, гипс, шприцы и фекалии – где ещё вы найдёте такое, собранное в одном здании? Все это летит вниз по одному и тому же мусоропроводу, собирается и выбрасывается одними и теми же людьми – людьми, которые имеют свободный доступ в палаты, а также на кухню, в лаборатории и в морг.

…И эта опасная ситуация усугубляется тем, что больничная система отопления и кондиционирования разносит пыль и микробы по всей больнице. Не говоря уже об инженерных системах. В больницах больше инженерных систем, чем в обычных домах. Помимо привычных холодной и горячей воды, в больницах есть ещё охлаждённая вода, дистиллированная вода, вакуумные системы, системы для откачки жидкостей, кислород, спринклерные системы пожаротушения (большинство из них неисправно), хладагент, канализация, дренажные системы, системы полива – и все это проложено в стенах и полах здания. В такой ситуации очень велика вероятность не только случайного пересечения этих систем, но и несанкционированного подключения, что увеличивает опасность взаимного загрязнения».

Кроме того, автор указывает на то, что в больницах часто развиваются микробы, устойчивые к антибиотикам. Микробы перестают воздействовать на людей, которые постоянно с ними контактируют. Что может принести на своей одежде, перчатках уборщица или медсестра, прикасаясь к вам или вашей постели?

Сами врачи являются переносчиками разных болезней, так как пренебрегают мытьём рук, за исключением процедур операций. Они переходят от пациента к пациенту, перенося от одного к другому частички тканей на своих инструментах. При этом они считают, что в них самих заключена уникальная естественная чистота, позволяющая им пренебрегать элементарными принципами гигиены.

«Ещё одна опасность больниц – вероятность стать жертвой несчастного случая. В одной из пригородных больниц в Пенсильвании рабочие, прокладывавшие инженерные сети в реанимационном отделении, случайно неправильно обозначили линии, по которым подавался кислород и закись азота. Пока это не было обнаружено, пациенты, которые должны были получать закись азота, получали кислород, а те, кому нужен был кислород, получали веселящий газ. Персоналу больницы понадобилось полгода, чтобы заметить это. Больничная администрация признала свою вину в пяти случаях смерти, вызванных этой неисправностью, но заявила, что ещё тридцать пять смертей в реанимации в течение тех шести месяцев не были связаны с путаницей в системе подачи газов. Некоторые из пострадавших якобы были уже мертвы по прибытии в больницу, а остальные находились в столь тяжёлом состоянии, что кислород бы им все равно не помог. Если вам показалось, что это похоже на фальсификацию данных с целью сокрытия врачебной ошибки, приведшей к смерти, то вы поняли мой намёк».

Но, если вам удастся избежать несчастных случаев, вас не прикончат лекарствами, операциями, химикатами, то у вас ещё останется шанс умереть от голода. Не секрет, что питание в больницах оставляет желать лучшего. А недостаточное и неправильное питание приводит человека к состоянию абсолютной беспомощности перед лицом любой болезни.

Конечно, всем знакомо психологическое состояние, когда ты попадаешь в больницу. Как ты можешь ощущать себя хорошо, наблюдая вокруг боль, страдание, обезличенных сотрудников, для которых вы — набор цифр и симптомов. Такая атмосфера вызывает скорее упадок сил, чем выздоровление.

Пребывание в больнице разрушает личность. За двадцать пять лет работы, наблюдая медицину в действии, я никогда не видел, чтобы разрушение личности принесло какую-либо пользу здоровью

Многие люди в больницах переносят операции. Насколько эти операции эффективны и так ли уж необходимы?

Роберт С. Мендельсон говорит: «По данным независимой Группы наблюдения за проблемами здоровья, количество ненужных операций превышает три миллиона. Согласно некоторым другим исследованиям, ненужные операции составляют от одиннадцати до тринадцати процентов от общего числа. По моему убеждению, около девяноста процентов операций — это потеря времени, сил, денег и жизней.

Например, в ходе одной из проверок подробно обследовали людей, которым была рекомендована хирургическая операция. Выяснилось, что большинству этих людей операция была не только не нужна, но целой половине из них не требовалось вообще никакого лечения!»

Одна из распространённых «ненужных» операций — удаление миндалин у детей. Медицина занимается этим уже более 2000 лет, и полезность этой процедуры в большинстве случаев не доказана. При этом многие дети после операции становятся подавленными, пессимистичными, испуганными и в целом трудными детьми. Разве они в этом виноваты? Они способны осознавать полную абсурдность ситуации. И это, к сожалению, не проходит для них бесследно.

Ещё одно часто необоснованное хирургическое вмешательство — это гистерэктомия, или удаление матки у женщин. Зачастую эту операцию делают даже тогда, когда иное лечение ещё не проводилось.

В тот момент, когда врачи-мужчины вытеснили из родов женщин-повитух, роды действительно стали болезнью. «Врачи сделали то, чего никогда не делали повитухи: они пришли из моргов, где занимались трупами, в родильные отделения, чтобы принимать роды. Женская и детская смертность стремительно взлетели по сравнению с тем уровнем, когда роды принимали повитухи».

…Когда же появилась возможность накачивать рожениц лекарствами до состояния беспомощного забытья, гинекологи стали ещё могущественнее. Женщины, будучи в бессознательном состоянии, стали не в силах помогать рождению своих детей, и у акушерских щипцов появилось гарантированное место в родильном зале».* Стимулирование родовой деятельности также стало правилом, хотя истиной причиной для этого является только рабочий график и удобство врачей. Врач вызывает роды тогда, когда ему удобно, а не когда ребёнок готов пройти через родовые пути.

Стимулированные роды приводят к таким последствиям, как болезни лёгких, отставание в росте и развитии, другие физические и умственные отклонения, а также отклонения на тонком психическом уровне.

Серьёзные последствия кесарева сечения недооцениваются ни по отношению к женщине, ни по отношению к ребёнку. Даже доношенные младенцы с нормальным весом, рождённые через кесарево сечение, подвергаются опасности серьёзного лёгочного заболевания — болезни гиалиновых мембран, известной также как синдром подавленного дыхания. Заболевание трудно диагностируется и трудно лечится, а иногда приводит к летальному исходу.

«Когда ребёнок рождается нормально (в срок и через естественные родовые пути), его грудная клетка и лёгкие сдавливаются по мере его выхода из матки. Скопившиеся в лёгких жидкость и секрет выталкиваются через бронхи и удаляются через рот. При кесаревом сечении этого не происходит. В результате одного исследования был сделан вывод, что распространённость этой болезни лёгких можно снизить как минимум на пятнадцать процентов, если акушеры-гинекологи станут более осторожно относиться к кесареву сечению. В этом же исследовании утверждалось, что по меньшей мере шести тысяч из сорока тысяч случаев болезни гиалиновых мембран можно было бы избежать, если бы врачи не стимулировали роды, прежде чем ребёнок достаточно созреет для того, чтобы покинуть утробу. Тем не менее количество стимулированных родов и кесаревых сечений растёт, а не падает».

В области сердечных заболеваний операции также не носят экстренный характер. Эффективным лечением сердечно-сосудистой системы является изменение диеты в пользу диеты с низким содержанием жиров. А также постоянные занятия физкультурой. Такие меры приводят не только к облегчению заболеваний, но и к исцелению. Почему же врачи убедили своих пациентов в том, что единственный способ лечения сердца — терапия лекарственными препаратами и операции?

Хирургическое лечение злокачественных опухолей также приносит разочарование. В ходе исследования было доказано, что в результате хирургического вмешательства раковые клетки распространяются по другим органам. И если бы организм мог с этим бороться, то рак не развился бы вовсе. Существуют новые, прогрессивные методы лечения рака, основанные опять же на изменении питания, физической активности, общей обстановки для заболевшего, но ваш хирург признает это последним.

Если отменить все ненужные операции, большинство хирургов лишится работы. Им придётся искать честный способ заработать, потому что хирург получает деньги, когда он делает вам операцию, а не когда вы лечитесь другими методами. И это достаточный аргумент в пользу всё новых и новых хирургических методов лечения…

Как же быть, если веры в современную медицину нет, а болезнь есть и лечение необходимо?

Доктор Мендельсон призывает быть бдительными. Быть внимательными к себе и не вверять себя слепо на растерзание врачам. Изучать свои болезни, запастись терпением, научной литературой и настойчивостью.

Нужно привыкнуть узнавать о методах лечения, лекарствах прежде, чем вам что-либо назначат. Узнайте о своей болезни больше, чем знает о ней врач. Вооружитесь знаниями. Вы сможете разговаривать с врачом на одном языке. Понимать его логику, видеть его возможные ошибки или халатность. Вы сможете правильно задавать вопросы и верно толковать ответы на них. Врачи получают информацию о лекарствах в основном из презентаций и рекламы фармацевтических компаний. Узнайте об этих лекарствах из научных источников, и вы будет обладать большим объёмом информации.

• Приобретите Справочник врача. Он откроет вам информацию не только о симптомах и методах лечения, но и о том, какие лекарства и как можно употреблять, об их совместимости с другими препаратами и о побочных эффектах. Задавайте врачу вопросы, не позволяйте ему назначать вам лекарства и операции, пока вы не будете полностью уверены в том, что их эффективность существенно превосходит опасность. Выслушайте мнения разных врачей. Не бойтесь обсудить со своим врачом результаты сведений, которые вы соберёте в результате своего «исследования».
• Если вы решили, что операция — это не ваш вариант решения проблемы, то следует сделать всё возможное, чтобы обойтись без неё на пути к исцелению. С другой стороны, если уж вы решили, что операция нужна, то отнеситесь серьёзно к тому, какой специалист будет её проводить. Вам же не безразлично, кто будет красить вашу машину или делать в доме ремонт? Ваше здоровье тем более достойно того, чтобы правильно выбрать хирурга для операции.
• При выборе хирурга также стоит задавать вопросы о том, сколько раз уже он проводил такие операции, сколько операций закончились успешно, какая смертность от этой операции или спустя время после операции.
• Если есть хоть малейшая возможность избежать госпитализации, нужно её использовать. Подумайте, может быть какие-то процедуры вы можете проходить дома или посещать поликлинику по месту жительства, возможно, у вас будет возможность воспользоваться услугой приходящей медсестры, или кто-то из родственников, друзей сможет помочь вам.
• Если существует реальная необходимость в госпитализации, не выбирайте больницу, выбирайте врача. Наверняка, хороший врач выбрал достойное место для своей деятельности или создал его.
• Обеспечьте себя поддержкой близких. Вам нужен кто-то, кто сможет находиться с вами рядом, позаботиться о том, чтобы у вас было хорошее питание, нормальные условия пребывания, правильные процедуры, лекарства, достойное отношение персонала.

Вместо пролога. Мое отречение от веры. Я не верю в Современную Медицину. Я медицинский еретик. Цель моей книги — сделать вас еретиками. Я не всегда был таким. Когда-то я верил в Современную Медицину.

Когда я учился в медицинском институте, не стал глубоко вникать в проводившееся тогда исследование гормона DES (диэтилстилбестрол), потому что я верил. Кто мог тогда заподозрить, что через двадцать лет мы обнаружим рак влагалища и аномалии развития половых органов у детей, матери которых принимали DES во время беременности?

Я должен сознаться, что не проявил подозрительности и по отношению к кислородной терапии недоношенных детей. Хотя насторожиться было от чего — в оборудованных по последнему слову техники отделениях для недоношенных полная или частичная потеря зрения отмечалась почти у девяноста процентов новорожденных с низким весом.

В то же время в нескольких милях от нас, в большой, но менее «продвинутой» больнице это заболевание — ретролентарная фиброплазия — встречалось менее чем у десяти процентов недоношенных. Я просил своих учителей объяснить этот феномен. И я верил им, когда они отвечали, что врачи в менее оснащенной больнице просто не могли поставить правильный диагноз. Через год или два было доказано, что причиной ретролентарной фиброплазии являлась высокая концентрация кислорода, подававшегося в инкубаторы.

Материально обеспеченные медицинские центры чаще делали детей слепыми только потому, что у них было лучшее оборудование — самые дорогие и современные пластиковые инкубаторы, в которых весь подаваемый кислород обязательно поступал к ребенку. Однако в больницах победнее использовались старые модели — ванночки с неплотно прилегавшими металлическими крышками. Они давали такую утечку, что, сколько бы кислорода ни подавалось в инкубатор, этого было недостаточно, чтобы ослепить ребенка.

Я все еще верил в Современную Медицину, когда принимал участие в написании статьи об использовании антибиотика террамицина для лечения респираторных заболеваний у недоношенных. Мы объявили об отсутствии побочных эффектов. И действительно — их не было. Но наш эксперимент не был достаточно продолжительным, поэтому мы не узнали, что не только террамицин, но и другие антибиотики весьма эффективны для лечения этих заболеваний. Как не узнали также, что и террамицин, и другие антибиотики тетрациклинового ряда сделали зубы тысяч детей желто-зелеными и оставили отложения в костях.

Я также должен сознаться, что верил в лучевую терапию. Верил в ее эффективность при лечении увеличения миндалин, лимфатических узлов и вилочковой железы. И я верил своим учителям, когда они говорили, что радиация, безусловно, опасна, но используемые дозы настолько малы, что не могут причинить никакого вреда.

Много лет спустя мы обнаружили, что эти «абсолютно безвредные малые дозы», полученные пациентами десять-двадцать лет назад, дали богатый урожай в виде многочисленных случаев рака щитовидной железы. Я был поражен, когда некоторые из моих бывших пациентов вернулись ко мне с узлами в щитовидной железе: «Почему вы возвращаетесь ко мне? — думал я, — ко мне, кто был виной произошедшего с вами?».

Теперь я не верю в Современную Медицину.

Зато я верю, что, несмотря на все новейшие технологии, несмотря на то, что пациента снаряжают как астронавта, отправляющегося в полет на Луну, — самую большую опасность на вашем пути к здоровью представляет собой доктор Современной Медицины.

Я верю, что лечение методами Современной Медицины редко бывает эффективным, но зачастую опаснее болезни, против которой оно нацелено.

Я верю, что эта опасность усугубляется еще и тем, что вредные процедуры применяются там, где вообще не требуется медицинского вмешательства.

Я верю также, что если более девяноста процентов врачей, больниц, лекарств и медицинских приборов исчезнут с лица земли, это тут же положительно скажется на нашем здоровье.

Я уверен, что Современная Медицина зашла слишком далеко, применяя в повседневной практике методы, разработанные для экстремальных ситуаций.

Каждый день, каждую минуту Современная Медицина заходит слишком далеко и гордится этим. Например, недавно опубликованная статья «Кливлендская фабрика медицинских чудес», расхваливает «достижения Медицинского центра Кливленда: за последний год проведено 2 980 операций на открытом сердце, 1,3 млн. лабораторных исследований, снято 73 320 электрокардиограмм, проведено 7 770 полных рентгеновских обследований, 210 378 других радиологических исследований, 24 368 хирургических операций».

Но была ли доказана хоть какая-нибудь роль этих процедур в поддержании или восстановлении здоровья? Нет. И в статье, напечатанной в журнале Медицинского центра Кливленда, не приводится ни одного похвального примера того, какую пользу принесли людям все эти дорогостоящие причуды. А все потому, что эта фабрика не производит здоровья.

И стоит ли удивляться, что когда вы приходите к врачу, с вами обращаются не как с человеком, которому требуется помощь, а как с потенциальным потребителем продукции фабрики чудес.

Если вы беременны, идите к врачу, и он будет обращаться с вами как с больной. Беременность — это, оказывается, болезнь, которая нуждается в девятимесячном лечении, и вам будут проданы капельницы, оборудование для обследования плода, горы таблеток, абсолютно бесполезная эпизиотомия и — хит продаж! — кесарево сечение.

Если вы по собственному недомыслию обратитесь к врачу с обычной простудой или гриппом, то доктор, скорее всего, пропишет антибиотики, которые не только не помогут при простуде и гриппе, но заставят вернуться к врачу с еще более серьезными проблемами.

Если ваш ребенок настолько резв, что учителя не могут с ним совладать, врач готов зайти слишком далеко, сделав ребенка зависимым от лекарств.

Если малыш отказывался от груди в течение одного дня и из-за этого набрал меньше веса, чем предписано врачебными инструкциями, врач может поставить крест на грудном вскармливании при помощи лекарств, подавляющих лактацию. И желудок вашего малыша освободится для искусственного вскармливания. А это опасно.

Если вы безрассудны настолько, что проходите ежегодные профосмотры, можете быть уверены: грубость служащих в регистратуре, дым чьей-нибудь сигареты, да и само присутствие врача поднимут ваше давление. И не исключено, до такой отметки, что домой вы уйдете не с пустыми руками. И — ура! — еще одна жизнь спасена благодаря гипотензивным лекарствам. И еще одна интимная жизнь пойдет псу под хвост, так как импотенция в большинстве случаев вызывается побочным действием лекарств, а не психологическими проблемами.

Если вам «повезло» провести ваши последние дни в больнице, будьте уверены: врач сделает все возможное, чтобы у вашего смертного ложа стоимостью 500 долларов в сутки стояло новейшее электронное оборудование и торчал полный штат чужих людей, готовых выслушать ваши последние слова. Но сказать вам будет нечего, так как эти люди наняты для того, чтобы не дать вам видеться с семьей. Вашим последним звуком станет писк электрокардиографа. Да, ваши родные все же примут участие в вашей смерти — они оплатят счет.

Неудивительно, что дети боятся врачей. Они-то знают! Их чувство опасности невозможно обмануть. На самом деле все боятся. И взрослые тоже. Но мы не можем признаться в этом даже себе. И начинаем бояться чего-то другого. Не самого врача, а того, что приводит нас к нему: своего тела и происходящих в нем естественных процессов. Когда мы чего-то боимся, мы этого избегаем. Не обращаем внимания. Обходим стороной. Делаем вид, что этого не существует. Спихиваем ответственность за это на других людей. Так врач получает свою власть. Мы сами отдаемся ему, когда говорим: «Я не хочу возиться с этим, док. С этим телом и всеми его проблемами. Позаботься-ка об этом, док. Делай свою работу».

И врач делает свою работу.

Когда врачей обвиняют в том, что они не сообщают пациентам о побочных эффектах лекарств, врачи начинают оправдываться. Дескать, излишняя открытость перед пациентами будет во вред последним — помешает их взаимоотношениям с врачом. Это означает, что отношения между врачом и пациентом строятся не на знании, а на вере.

Мы не знаем, что наши врачи — хорошие. Мы говорим, что мы верим в них. Мы им доверяем.

Не думайте, что врачи не видят разницы. И ни на одну минуту не верьте, что они не играют изо всех сил. Потому что цена вопроса — вся их жизнь, все эти девяносто или больше процентов ненужной нам Современной Медицины, которая существует затем, чтобы убивать нас.

Современная Медицина не может выжить без нашей веры, потому что она не искусство и не наука. Современная Медицина — это религия.

Согласно одному из определений, религия — это попытка организованного взаимодействия с непонятным и загадочным. Церковь Современной Медицины имеет дело с самыми загадочными вещами: рождением, смертью, с теми загадками, которые задает нам наш организм (а мы — ему). В «Золотой ветви» религия определяется как попытка завоевать доверие «высших сил, которые, согласно представлениям о них, управляют природными процессами и человеческой жизнью».

Если бы люди не тратили миллиарды долларов на Церковь Современной Медицины, чтобы завоевать доверие высших сил, которые руководят человеком и направляют его, — на что бы они их тратили?

Из книги Роберта С. Мендельсона. «Исповедь еретика от медицины»

О книге "Исповедь еретика от медицины"

В своей книге, написанной в 1979 году и имевшей читательский успех, известный американский врач-педиатр с позиций здравого смысла критикует пороки современной медицины. По мнению д-ра Мендельсона, практикуемые — не только в США, но и в других

Мнение читателей

Так и с этой "Исповедью еретика от медицины" мучилась одолевая по главе в день или с перерывом в один-два-три дня пытаясь воспринимать её как скучный раздел учебника

Книга не про врачей-убийц, книга — про порочность системы здравоохранения, которая зачастую приносит больше вреда, чем пользы.

Книге уже тридцать лет, если не ошибаюсь, автор активно критикует АКШ, которое сейчас реально спасает тысячи людей

Ах, миллион раз прав автор когда он говорит о врачах, пусть и заокеанских, ничего наши у них "все повадки" переняли

" Содержание Об авторе Предисловие к русскому изданию От автора Вместо пролога